Феномен одиночества как повседневная практика



Феномен одиночества как повседневная практика: стиль жизни, благо или девиация?

Одиночество, во всех языках это слово означает ущербность, выраженную в отдаленности от общества, общения. Остаться одному, когда другие ушли — такова изначальная этимология латинского solitude — переводимого как «быть без кого-то кто тебе нужен». В Русском языке определение одиночества, данное Виноградовым, звучит как: «Человек, живущий совершенно один, бессемейный». Для исконно сложного (патриархального) типа русской семейной жизни, подобный человек считался, как минимум странным, неполноценным, чем-то обделённым Богом. Одиночество одно из самых серьёзных наказаний, и один из самых строгих монашеских обетов. Одно из самых действенных воспитательных средств на расшалившегося ребёнка — лишить его общения с родителями — поставив в угол. Может ли быть в свете всего этого, подобное состояние благом, возможно ли вообще счастье, если человек одинок? Ведь даже при произношении этого слова, возникает, что-то грустное и тоскливое. Но может это просто наследие традиционного типа мышления, укоренившегося в нашем сознании, и не имеющее никакого отношения к изменившимся условиям жизни? Ведь пришла же на смену патриархальной, нуклеонарная семья, как ответ на новые условия жизни.

Думаю, разобраться в этом поможет рассмотрение причин, приведших к появлению этого феномена.

В первую очередь ими становятся условия жизни — с их банальной нехваткой времени на общение — человек, что бы быть тем, кого в обществе считают успешным, должен быть отличным специалистом в своей области, а при современном уровне развития технологий — для этого нужно, постоянно заниматься самообразованием в выбранной области, повышать свою квалификацию, постоянно быть в курсе дел — всё это отнимает так много времени, что на личную жизнь её просто не остаётся — эту проблему подчёркивал Альберт Швейцер, в своей работе «Культура и этика». Когда человек, ради успешности в работе, жертвует всеми другими областями жизни, он просто отучается (если вообще умел), поддерживать любой разговор, не касающийся сферы его профессиональной жизни, у него нет тем, интересных для слушателя, кроме той, что занимает его «рабочее время». Теряется навык контакта и понимания другого — он становится столь же чужд другим, как и они ему. При возможно общем желании общения — люди просто не знают, как это сделать, как перейти, через воздвигнутые ими самими рамки «профессионального» общения, стиль которого, существенно упрощён для большей эффективности совместной работы, но малопригоден, для повседневной жизни.

Итак, из описанного вырастают сразу две проблемы, препятствующие общению — это отсутствие времени и навыка как такового. Естественным ответом на это будет выработка таких практик и образа жизни, который бы заменил собой, всё же необходимое человеку общение с окружающими. Во многом именно этим объясняется широкое распространение различных религиозных практик восточных культов, которые с одной стороны, при общих отправлениях обрядов, дают чувство единства, а с другой приучают к мысли о преходящести явлений и независимости от них человека, что делает его более устойчивым к одиночеству как таковому. Известно, что религия, несёт в себе очень мощный пласт мировоззренческих установок, отсюда вырастает и новый стиль жизни, в котором человек, ощущает и свою самодостаточность и спокойно переносит отсутствие, в ввиду указанных обстоятельств, недостаток общения. Такой человек успешен на работе, самодостаточен — его нужда в других людях сведена к минимуму, а значит он независим — черта, так ценимая современным обществом, он «лёгок на подъём» — в ввиду отсутствия привязанностей, что позволяет ему много передвигаться — а страсть к путешествиям — одна из разрекламированных черт успешного человека, кроме того, сократив время на общение, которое в обыденной жизни, крайне малоинформативное — даже в достаточно серьёзном дискурсе, около 60% времени, занимает обмен «пустой» информацией, в обычной же беседе, её объём легко может дойти до 100, он может посвятить это время, на знакомство с действительно важными для него произведениями человеческой мысли. Руссо, в «Новой Элоизе», рассматривает одиночество, как необходимый фактор саморазвития человека, как необходимое условие для спокойного анализ себя, своих чувств, философских произведений, позволяющий человеку саморазвиваться, становится лучше и чище. И это действительно так, поэтому рассматривая одиночество, как стиль жизни, нельзя всё сводить только к отрицательным явлениям современного развития техники и производства, на которые указывает Швейцер.

Однако и оправдывать одиночество духовными практиками и рассуждениями Руссо, так же не стоит. По-моему, надо разобраться ради чего (или из-за чего) человек изолируется от мира — ради познания себя, самосовершенствования, выработки своей индивидуальности, во всё более унитаризующем человека мире или это просто банальный страх перешагнуть через свои выработанные в неудачном детстве и юношестве комплексы в общении, лень освоить новые для человека навыки общения и отсутствие воли в их практике? (На этом фоне крайне странно выглядит отношение к одному интересному эксперименту, проводившемуся в трёх московских школах, по инициативе известного американского психолога Говарда Рассинова, в 90-х годах, в ходе которого, на специальных уроках детей как раз и обучали простейшим навыкам знакомства и начала общения, делали краткую характеристику психологически типов, дающие понимание личности собеседника, своего поведения с ним, и краткую характеристику правильности поведения, своего и партнёра в ситуации общения. Данный эксперимент, был досрочно прекращён — о причинах этого я не знаю, в той работе, по которой я о нём сужу, они не были объяснены).

Таким образом, феномен одиночества, в современной культуре, может крайне по разному пониматься, и исходя из этого, им может крайне много объясняться и прикрываться, например, та же пресловутая профессиональная занятость, во многом сводится к желанию приобретения всё новых вещей, подчёркивающих статус человека, и якобы выявляющих его индивидуальность, дающих ему чувство комфорта, а на деле, навязанных ему рекламируемым через СМИ образом жизни (подробнее «Общество потребления» Бодрийяр), или уже указанными социальными страхами, когда человек «убегает» от них в свою деятельность, не в силах бороться с ними, но как и любой побег от себя, подобная практика, лишь отсрочивает и углубляет страдания человека. Зачастую эти факторы, сплетаются в плотный клубок неразрешимых (как кажется) проблем, оправданием которому и становится провозглашение одиночества, как выбранного самим человеком стилем жизни.




map